Почему в России падают самолеты: воровство, пьянство, отсталость
27.11.2013   //   49 Переглядів
Юлия Латынина, обозреватель "Эха Москвы"

Юлия Латынина, обозреватель “Эха Москвы”

Об этом рассказала в своей программе «Код доступа» обозреватель радиостанции «Эхо Москвы» Юлия Латынина:

Самая, конечно, страшная трагедия на этой неделе – это разбившийся в Казани Боинг. И, причем, потрясающую статью всем рекомендую, кто не читал Ивана Голунова на Слоне.ру, в которой рассказано о том, что представляла из себя авиакомпания, которой этот Боинг принадлежал, татарская авиакомпания. Как там трудились сынки высокопоставленных чиновников, как там Боинг, который реально стоит 100 тысяч долларов в месяц, на самом деле, обходился авиакомпании в 260. И понятно, что эти 260 тысяч шли наполовину налево. Как из-за этого авиакомпания была далеко за гранью банкротства, в связи с чем, например, ей не отпускал свой собственный аэропорт топливо, потому что у нее не было денег. Вернее, были долги, поэтому топливом она заправлялась в Домодедове на 2 рейса, что, как вы понимаете, ну, мягко говоря, строжайше запрещено правилами авиаперевозок, и мы все знаем, что даже если самолет вынужден из-за какой-то неисправности вернуться обратно, то он летает кругами, вырабатывая топливо. И этот Боинг садился с половиной топливного бака, в связи с чем, собственно, он и сгорел. Скорее всего, он бы всё равно разбился (это была ошибка пилотов), но он хотя бы не сгорел, они хотя бы были целенькие, простите меня за черный юмор, а, может быть, кто-нибудь и уцелел.

И при том, что в катастрофе погиб сын президента Татарстана, это вот такая античная трагедия, что они устраивают систему, при которой они гибнут в том числе сами. Потому что они могут отменить все законы божеские и человеческие, но законы физики они не могут отменить.

И к сожалению в пандан этой статье я могу только добавить, что это не единственная вещь, это не исключение. Вот там, как выяснилось, Боинг этот разбился в том числе и потому, что (пока как говорят), что сидел бывший штурман и бывший бортинженер в кабине, ни один из которых никогда не уводил самолет на второй круг. Это стандартная ситуация, о которой рассказывают российские летчики. Они рассказывают, что поскольку не хватает времени на тренажерах, не хватает оплаты времени на тренажерах (в данном случае авиакомпания «Татарстан» зато платила 260 тысяч долларов в месяц за то, что стоило 100 тысяч), то летчики просто плохо натренированы. И когда они едут по автопилоту, у них всё получается. Когда они сталкиваются со сколько-нибудь нестандартной ситуацией, они могут теряться. Они, во всяком случае, не способны сделать то, что сделал американский пилот, который посадил заглохнувший самолет, если вы помните, на воду Гудзона.

Рассказывают летчики, что дипломы и вовсе покупаются. Вот, покупаются права летчиков, потому что это высокодоходная профессия. И вот тебе в кабину сажают человека и говорят «Только ты смотри, аккуратнее, потому что он никогда не летал». Рассказывают, что засилье военных в авиаслужбе, и это очень плохо, потому что, оказывается, наши военные летчики мало летают. То есть когда приходит военный летчик, кажется «Ах, ас, он где-то там в небе над Кандагаром». На самом деле, у него за время его военной службы налет был там 2,5 часа в год.

Рассказывают, что практика, когда самолет вынужден брать с собой топливо на следующий полет, она, конечно, не так часта, но она и не исключительна. Что иногда может летчик оказаться перед фактом, что, вот, в следующем аэропорту тебя не заправят, поэтому ты, вот, залейся под 2 посадки. А если нет, то сиди здесь неделю. Особенно если этот летчик чартерный.

Рассказывают совершенно жуткие вещи. Например, собственно, это не только рассказы, это… Понимаете, вот у меня вопрос. Олимпийский факел побывал в космосе, побывал на дне озера Байкал. В какое еще место его нужно засунуть ради пиара? Вот, действительно, у нас путинский режим увлечен я бы даже не сказала пиаром. Вот это с олимпийским факелом – это уже перешло за какую-то, мне кажется, здоровую психическую грань и это уже занимает то место, которое в древних культурах занимал ритуал. Вот, император совершал жертвоприношение на алтаре неба и земли, от этого по всей земле становилось зашибись.

Вот, кажется, с олимпийским факелом они серьезно думают, что если они принесут его на дно Байкала, потом на Северный полюс, потом в космос, то после этого, я не знаю, на Олимпиаде родится спаситель человечества и имя ему будет Путин. Это вот какие-то ритуальные действия, которые они совершают, и они всерьез думают, что эти ритуальные действия обеспечивают благосостояние страны.

Мне кажется, что вот мы наблюдаем некий момент, когда пиар переходит в что-то вроде психической болезни. Знаете, вот как у сумасшедших появляются ритуалы, там, надо вступать на каждую третью ступеньку. Да? Вот, у нашей власти тоже некое психическое представление, что для того, чтобы всё было нормально, надо олимпийский факел вынести в космос. При этом мысль о том, что для того, чтобы всё было нормально, надо, например, обеспечивать соответствующие авиационные службы, ну, как-то не приходит, потому что самолеты – они падают по всему миру. Но в России они падают чудовищно, совершенно недопустимо часто, потому что по количеству авиационных катастроф в последние годы мы опережаем всех, кого можно. Просто всё это падает так же часто, как в Уганде. Практически всё это имеет своей причиной запредельную техническую отсталость страны и, в общем, преступную экономию на человеческих жизнях. Является следствием комбинации множества факторов, но обычно это средневековое оборудование аэропортов и недостаточная тренированность пилотов.

  • Я напомню, что в Петрозаводске самолет разбился потому (это 2 года назад), что на аэродроме просто не было современной курсоглиссадной системы. Просто потому, что сажали по радиомаякам на дальнем и ближнем приводе. Кроме этого аэродромы увеличили посадочный минимум. То есть разрешили сажать самолеты при такой облачности, при которой, на самом деле, их было сажать нельзя. Скорее всего, диспетчеры еще и сообщили, что погода проходит по минимуму в то время, как она не проходила. И в итоге усталый пилот принимает огни шоссе за огни посадочной полосы со всеми вытекающими отсюда трупами.
  • В Ярославле, когда разбилась спортивная команда, летчики говорят, что просто самолет залетал с половины полосы, потому что всё остальное было заставлено ВИПами по случаю Ярославского форума.
  • В Перми (вот это уже, как бы, не рассказы летчиков, это отчеты МАКа) первый пилот был просто пьян, а второй не умел сажать Боинги. Посмотрите отчет МАКа – там страшная расшифровка, там вот эти 2 пилота, один из которых всё время спрашивает (это второй пилот), в какую кнопку ему тыкать, и тыкает всё время не в те кнопки. А первый пилот ему говорит «Ну, ты же видишь, я в каком состоянии. Вот, наверное, ткни в эту кнопку, вот, может быть, в эту, вот, может быть, в эту». И, конечно, если бы они садились по забитым еще в начале полета в компьютер данным, они бы, наверное, и сели. Но там произошла такая же ситуация – надо было уходить на второй круг. Вот, на втором круге они не справились, они очень долго тыкали в разные кнопки, пока, вот, машинка не свалилась.
  • Единственная катастрофа, обратите внимание, за последние годы, которая связана, действительно, с тем, что можно назвать «технические обстоятельства непреодолимой силы», это катастрофа авиакомпании Red Wings во Внуково, катастрофа Ту-204, который, как вы помните, разбился при посадке и вылетел на Киевское шоссе. И там, поскольку Ту-204 – самолет, который просто… Его очень мало в природе. Он достаточно давно разработан, но его очень мало выпускали. И у него фантастический есть дефект (вернее, был): при малом весе и сильном боковом ветре у самолета при посадке не обжимались концевики шасси, то есть, грубо говоря, самолет не понимал, что он сел и, соответственно, у него не включался реверс. Соответственно, летчики посадили самолет, сделали всё нормально, но он не тормозится.

И самое, конечно, страшное – это вот те решения, которые принимаются после того, как произошли эти катастрофы, потому что вот в этой паучьей банке, которая у нас вместо решений, они служат для каких-то совершенно диких лоббистских выводов. Например, после уже упомянутого мной Петрозаводска Дмитрий Медведев вдруг взял и запретил к эксплуатации Ту-134, который там разбился. Но, вы знаете, из всех вещей, которые я перечислила – от отсутствия курсоглиссадной системы современной до занижения диспетчерами уровня облачности – вот, просто там не было ни одного, которое имело какое-то отношение к тому факту, что это был Ту-134. Разумнее, согласитесь, было бы курсоглиссадными системами потребовать оборудовать российские аэродромы. Как-то создается впечатление, что заявление Медведева было просто пролоббировано теми лоббистами, которые всякую зарубежную рухлядь ввозят в Россию.

Наоборот, после катастрофы Ту-204, которая, еще раз повторяю, носила сугубо технический характер, что редчайший случай для российских авиакатастроф, Ту-204 никто к эксплуатации не запретил, даже не приостановил, что, кстати, совершенно немыслимо на Западе. Зато воспользовались случаем, отобрали авиакомпанию Red Wings у Лебедева. То же самое здесь в Казани, потому что не успел еще разбиться этот несчастный Боинг, как стали проверять аэропорт Домодедово. Ребята, одну секундочку, а причем здесь аэропорт Домодедово?

То есть вот такая страшная картина страны, где элементарные пренебрежение нормами технической, полетной, всякой какой угодно безопасности, где средневековое оборудование аэродромов, где нетренированные пилоты, где, как говорят. Подчеркиваю, просто продажа лицензий пилотов за деньги. Но зато, вот, выходят в космос с негорящим олимпийским факелом и погружают его на дно Байкала.